Процессуальный интерес. Как эффективно развалить дело Майдана

18:00, 25 октября
А ручки-то вот они - фото 1
А ручки-то вот они

Объединение дел Януковича больше напоминает фрагментацию, активизация расследования – его затягивание. А экономика незаметно начинает перевешивать политику. Почти как в цивилизованных странах. Но с некоторыми демоническими местными нюансами.

Адвокаты родных Небесной сотни боятся, что такие передислокации опять приурочены к годовщине Майдана, к которой попытаются торжественно передать дело в суд, все равно в каком состоянии. Ровно об этом же, в принципе, была и пресс-конференция адвокатов примерно год назад.

Адвокаты объясняют, что в «большом деле» Януковича разные дела имеют разные сроки завершения досудебного расследования: в одних на все про все осталось полгода времени, в других - пару месяцев. Так вот, считать будут по минимуму – то есть по всем делам останется пару месяцев. Видимо, именно это в пресс-службе ГПУ решили назвать активизацией расследования. Но адвокатам как-то интереснее, чтобы в деле было при этом все в порядке с доказательствами.

Накануне этого мутного переформатирования глава Департамента спецрасследований ГПУ Сергей Горбатюк получил выговор от Луценко за ненадлежащее расследование дел в отношении чиновников времен Януковича – и заподозрил, что это вообще, на перспективу, повод его отстранить. Это вдобавок к тому параду генпрокуроров, который мы наблюдаем в последнее время. Чтоб уж наверняка.

Во многом передать дело в суд сейчас нужно, только чтобы не развалилось. Как в холодильник положить. Но наблюдая, например, суд над «беркутовцами» в Святошинском, понимаешь, что особых надежд на этот этап тоже возлагать не стоит. Потому что срабатывает фактор, который всегда спасает, в том числе кого не надо - фактор времени. Людям свойственно забывать подробности.

Расследование по бездеятельности милиции во время вырубки харьковского парка Горького тянулось очень долго – но даже спустя пару месяцев после разгона активистов «титушками» (тогда еще и слова такого не знали) на допросах в харьковской прокуратуре самыми полезными оказались те, кто делал «пометки на полях» с самого начала. Они просто пришли с написанным и читали с листа. Остальные пытались вспомнить детали, толпой окопавшись в вестибюле и распугивая прокуроров воплями. А уж когда тебя о чем-то спрашивают на суде в 2014 году о событиях 2010-го – можно только нервно расхохотаться. А потом начать вспоминать, а что делать.

Так и в суде по «беркутовцам» - в процессе оказывается, что экспертизы не все, родственники неточно указывают место гибели, свидетелей надо искать заново. В общем, все что нужно для успеха – это еще немного подождать.

В ГПУ утверждают, что департамент Горбатюка не расформировывали, а создали Управление по расследованию преступлений, совершенных преступными организациями. Добавим к этому ремарку адвоката родственников Небесной сотни Виталия Титыча о судьях Высшего хозяйственного суда, фигурирующих в «экономической части» дела Януковича. Даже если давеча в Харькове судья Апелляционного хозяйственного суда выпал из окна совсем по другой причине, то все равно может статься, что затягивание «майдановской части» дела нужно заинтересованным только, как говорится, «паровозом». Просто потому, что по отдельности затягивать уже не получится.

Усложняется все тем, что Луценко за заочный процесс по группировке Януковича, Горбатюк – за очный. Для заочного осуждения нужно объявление в международный розыск, а Интерпол нам в этом очень часто не помощник, как выяснилось.

Ехать в Украину давать показания Янукович, что бы мы ни думали о его умственных способностях, вряд ли рискнет. Остается скайп. По поводу которого происходят сложные, но многообещающие переговоры с Ростовом.

Круг гипотетически заинтересованных в затягивании, видимо, настолько широк, что не входят в него только родственники погибших. А так, если Янукович начнет вещать из Ростова, может выясниться, что отметился на мероприятиях осени 2013-го – зимы 2014-го практически весь политический спектр. И развалить дело, конечно, проще, скрутив в один клубок все эпизоды, по каждому из которых найдется хоть один заинтересованный.

Что до непременного приговора, то отношение к этому – личное дело каждого, тут навязывать ничего нельзя. Скажу это, как человек, для которого произошедшее – не абстракция, у меня на Майдане друг погиб. С тех пор каждый из активистов решал для себя, как дальше (потому что сил, способностей и времени на самосуд, по сути, ни у кого не было).

Больше всего были важны – и важны до сих пор - суд, приговор, лица убийц для родственников, особенно для тех, кто раньше никогда с отечественной судебной системой не сталкивался и верил, что суд сможет сказать больше, чем толковый частный криминалист, и сделать после этого больше, чем карма.

А один из харьковских активистов, например – к слову, во время уже упомянутых вырубок парка он шестнадцатилетним висел на дереве, но показания в прокуратуре ему давать потом было нельзя, сказали приходить с родителями – поехал после Майдана искать одного «беркутовца» на Донбасс. Просто так, в глаза посмотреть. Об этом еще «Вавилон 13» фильм снял, может кто видел.

Без Табу
Другое на тему
Предложение партнеров
Комментарии
Публикации