Голосование судного дня: Что меняет принятие закона об Антикоррупционном суде

08.06.2018, 11:50
Уганда и Кения: президент Украины контролирует принятие закона об АКСУ - фото 1
Уганда и Кения: президент Украины контролирует принятие закона об АКСУ / Пресс-служба президента Украины

Автор Без Табу рассказывает о многочисленных подводных течениях украинской и международной политики и объясняет, почему пока не стоит радоваться принятию закона о создании Антикоррупционного суда.

О решительных реформах в Украине частенько приходится говорить с оглядкой на неприятные сопутствующие нюансы. Почти всегда есть какое-то «но», портящее в целом положительное впечатление от нововведения. Вот и с антикоррупционным судом (АКСУ) в четверг получилось так же. Вроде и требование западных спонсоров выполнили, но для себя при этом оставили лазейку, которая очередную якобы независимую инстанцию может вполне превратить в зависимую от воли правящей элиты.

Собственно говоря, никто ничего мог и не принять, если бы в ночь перед голосованием не были внесены важнейшие с точки зрения МВФ и других заграничных кураторов правки. Главным камнем преткновения стала возможность назначать в международный совет экспертов не только иностранцев, но и граждан Украины, кандидатуры которых помимо Международного валютного фонда одобрят Совет Европы, ПАСЕ, Мировой банк и главная антикоррупционная организация планеты Greco. Параллельно число членов совета экспертов было урезано с семи до шести, и этот нюанс не менее важен.

Закон об Антикоррупционном суде принят

Все дело в том, что кадровые вопросы АКСУ по закону должны решаться при согласии большинства членов Высшей квалификационной комиссии судей и как минимум троих из вышеупомянутой «шестерки». Так что у властей появляется теоретическая возможность оказывать прямое влияние на формирование состава суда. Конечно, сперва нужно убедить международные организации порекомендовать нужного человека, а потом поспособствовать его избранию. Но ничего невозможного для обитателей Банковой и Грушевского, похоже, нет.

Правда, Запад на этот счет предусмотрел «защиту от дурака». Подсадить в новый суд бывших сотрудников правоохранительных органов не выйдет, поскольку одно из положений законопроекта этого не позволяет. Конечно, и здесь нашлись недовольные, которые заявили, что других толковых кадров кроме представителей вышеперечисленных категорий в Украине нет – не свежих выпускников юридических факультетов же бросать на амбразуру, в самом деле. Невнимательно, видимо, изучали критерии отбора, поскольку судьей АКСУ может стать исключительно гражданин в возрасте от 35 лет с профильным образованием и минимум 7 годами опыта работы.

В целом сложилось ощущение, что никто от принятия этого закона пока не выиграл. Во-первых, все заявления о том, что МВФ сотоварищи одобрили взятую за основу версию (а это, напомним, президентский законопроект), действительности не соответствуют. В свежем пресс-релизе Фонда сказано, что специальная комиссия лишь собирается изучить закон на предмет соответствия собственным требованиям. И как бы не вышло так, что во время осенней сессии парламентариев «отправят на пересдачу», от которой будет зависеть финансовое благополучие страны.

Во-вторых, неизвестно, когда антикоррупционный суд заработает и заработает ли вообще. Закон о создании Государственного бюро расследований, к примеру, был принят в ноябре 2015 года, а запустить «пилотную версию» должны были 1 марта 2016-го. Но дело близится к выборам, а ГБР существует исключительно на бумаге да в головах отчаянных идеалистов. Не доходят у государства руки для доведения до ума структуры, способной взять на себя немало функций коррумпированных органов старого образца, и причины бездействия вполне ясны.

В-третьих, сам процесс голосования прошел на фоне беспрецедентного шантажа. Владимир Гройсман неожиданно взял на себя роль чертика из табакерки и пообещал уйти в отставку со всем правительством, если депутаты не примут необходимого решения. Забавно, ведь ранее премьер-министру идея создания АКСУ была категорически не по душе. Попытка собрать новый кабинет министров в условиях «коалиции Шредингера» с большой вероятностью может привести к досрочным выборам, к которым не готов никто. Поэтому пришлось поджать хвосты и поспособствовать установлению «рекорда» в 315 голосов «за». А после заявлений Южаниной и Найема по поводу несработавших карточек получилось и вовсе 317.

Вот это как раз и настораживает. Множество депутатов, застрявших где-то между связкой БПП-НФ и откровенными маргиналами, в интервью говорили одно и то же: мол, в законе полно «косяков», но нам пришлось проявить гибкость и проголосовать. А сливки в итоге снял президент, который вел себя так активно, словно Олег Винник на концерте. И мало кто вспомнит, что еще в прошлом году Порошенко шарахался от антикоррупционного суда как черт от ладана, напоминая про Уганду. Ведь своевременная смена политической позиции – искусство, доступное не всем.

Петр Порошенко убедительно рассказывает о вредности Антикоррупционного суда, сентябрь 2017

Петр Порошенко убедительно рассказывает о пользе Антикоррупционного суда, июнь 2018

Получилось нечто из серии «разброд-шатание». Закон принят, но механизмы работы нового Суда неясны. И исключительно дела из юрисдикции НАБУ туда отдавать нельзя, так как получится нарушение Конституции. И реакция электората неясна, особенно если вспомнить, что вчера под Радой даже традиционный для такого повода митинг собрать не получилось толком. И с очередным займом ничего непонятно, поскольку уже распространяются слухи о том, что одного лишь АКСУ для нового кредита от МВФ будет недостаточно. Правда, достоверность этих слухов сомнительна, но все же…

Как бы не вышло так, что депутаты восьмого созыва и президент со свитой в итоге перехитрили самих себя. В Европе и особенно за океаном ведь тоже заседают далеко не дураки. С другой стороны, даже самый-самый Антикоррупционный суд не застрахован, что через год будет заниматься делами тех, кто проиграл на выборах.

Виталий Могилевский, Без Табу

Без Табу
powered by lun.ua

Публикации
Загрузка...