Больные подозреваемые. Кто и как играет в прятки с правосудием?

Фигуранту по "делу Онищенко" в суде пришлось менять памперс / Громадське

Ничто так не заставляет наших политиков резко вспомнить о собственном здоровье, как судебный процесс. На примере Александровской, Кернеса и других более давних историй становится понятно, кто у нас главный – врач или судья.

Одним из последних случаев взаимодействия юриспруденции и медицины была история с харьковской коммунисткой Аллой Александровской, подозреваемой в попытке подкупа местных депутатов за средства российской ФСБ для обустройства очередной «народной республики». Медобследования в СИЗО оказалось мало, и для Александровской попросили дополнительных обследований в больницах Харькова. Вспоминается в этом контексте, как, например, евромайдановцев старались не возить на установление диагноза в прокернесовские больницы. А во время стычек при вырубке в харьковском парке Горького активистам не спешили фиксировать травмы – дескать, это вы себя сами о пол - и так семнадцать раз. Так что насчет объективности харьковской медицины в случае чего сомнений никаких.

Харьковской коммунистке резко поплохело / Прокурорская правда

Суд в деле Александровской прислушался к стороне защиты якобы после того, как была подана жалоба в Европейский суд по правам человека. Каким-то пугающе универсальным становится этот механизм. Как и многие другие европейские принципы – сторонники Brexit не дадут соврать.

Чтобы примерно представить себе дальнейшее развитие событий, можно вспомнить историю с Тимошенко, больницей и Качановской колонией – затянувшийся сериал, во время которого журналисты буквально обжились у ворот двух этих объектов, передавая оттуда в редакции каждый чих, а Юлия Владимировна получила возможность вещать с бесплатной трибуны. Хорошо бы все-таки, чтобы все было максимально быстро и непублично. А то вырастим себе еще одного кандидата в президенты на свою голову. То ли дело харьковский сепаратист Андрей Бородавка – находится неведомо где, дает себе показания на всех, кого в состоянии вспомнить, молодец какой.

Если не хочется сидеть на скамье подсудимых, можно на ней полежать. Так в своей время делал ректор Национального университета Государственной налоговой службы Украины Петр Мельник, задержанный за взятку в 2013 году. Он жаловался, что плохо себя чувствует и не понимает вопросов, которые ему задают, говорил, что его возят «фальшивые врачи». В итоге ректора перемещали из одной больницы в другую, суд переносили несколько раз. Пока Мельник не сбежал за границу, сняв электронный браслет. Интерпол сначала искал его, а потом его имя исчезло из списка разыскиваемых и он триумфально вернулся домой в статусе едва ли не жертвы «злочинного режиму».

Валерий Постный, недавний фигурант дела о хищении газа «Укргаздобычи», пошел еще дальше – он вообще лежал во время судебного заседания якобы без сознания, утыканный проводочками, и пережил смену памперсов прямо в зале суда. Его адвокат диагностировал редкую болезнь – «спинномозговой инсульт», прокуроры настаивали на диагнозе «инсинуация», усугубленная наличием амфетамина в крови, и все вместе были не против судмедэкспертизы.

Уже не первый месяц катается на суд в Полтаву харьковский мэр Геннадий Кернес, которому полученная от неизвестного стрелка инвалидность не помогла избежать судебного процесса. Но о смягчении наказания, когда и если оно будет, уже начинают говорить – мол, пусть, если что, не сидит, а лечится. Мэра и его охранников подозревают в похищении и избиении харьковских евромайдановцев, и этих двоих ребят, которые тоже ездят на суды, такое гуманное решение вряд ли устроит. Что до дислокации – можно было бы не переносить суд в другой город и не терзать градоначальника регулярными переездами, если бы в самом Харькове нашелся хоть один независимый суд. А так - придется потерпеть. Тем более, что в промежутках между судебными заседаниями Кернес ведет активный как для своего состояния образ жизни, ездит на Лазурный берег и постоянно опробует какие-то новые транспортные средства, и того и гляди повторит судьбу Тимошенко, которую так впечатлил Майдан, что она встала и пошла.

До Полтавы далеко, а по Харькову на мопеде - в самый раз / Twitter @korenvkvadrate

Экс-министр транспорта и связи Николай Рудьковский, которого судили в 2008 году за растрату и злоупотребление служебным положением (перелет в Париж и обратно за бюджетные средства), вообще прятался от суда в частной клинике, откуда его якобы похитили неизвестные люди в масках и с автоматами. Хотя в СБУ позже сообщили, что ничего такого не было, а в прокуратуре отметили, что задержали Рудьковского законно, правда именно по тому адресу, где находилась частная клиника. Экс-министр тоже становился объектом перформансов – ему то делали уколы в зале суда, то привозили на заседание в инвалидной коляске.

Попасть из зала суда или следственного изолятора в больницу, даже под конвой – это важный этап, потом выковырять обратно подозреваемого бывает проблематично. Например, в далеком 2005 году Шуфрич, Шурма, Добкин и другие члены СДПУ (о) не давали вывезти из больницы в СИЗО экс-губернатора Закарпатья Ивана Ризака, которого обвиняли в доведении до самоубийства ректора Ужгородского национального университета. «Эсдеки» приковывались к Ризаку наручниками на правах неприкосновенных народных депутатов, говорили о политических репрессиях и даже обещали местный Майдан, если вопрос не будет решен в их пользу.

Вполне возможно, что не всегда имеет место симуляция – нервы у подсудимого реально могут не выдержать, и на этой почве обострятся всякие болячки. Но в основном речь идет о том, что способность достигнуть таких криминальных или околокриминальных высот предполагает наличие стабильной психики. А еще - знание нюансов законодательства, которые делают больницу спасением от суда. Хотя должны были бы как минимум убирать проблемы с фиксацией пыток и избиений политзаключенных во время допросов и в СИЗО. Но здесь медицина, как правило, буксует – то ли дело «спрятать» от приговора кого-нибудь высокопоставленного, это же более перспективное занятие.

Подпишитесь на наш канал в Telegram и получайте подброку только важных новостей!